Что такое бокоплав

Морская блоха, или рачки-бокоплавы

В районе Севастополя побережье Чёрного моря достаточно каменистое. В омываемых морскими волнами камнях нередко образуются своеобразные ванночки, наполненные морской водой. И почти всегда вокруг этих ванночек кипит жизнь: копошатся маленькие, серенькие, несколько миллиметров длинной шустрые создания, быстро разбегающиеся во все стороны при виде человека. Здесь их называют морской блохой, хотя к насекомым они никакого отношения не имеют. Это ракообразные, относящиеся к отряду разноногих (Amphipoda), или чаще называемые рачки-бокоплавы. Хотя я могу ошибаться, и конкретно этот рачок, что на фото, может оказаться из отряда равноногих (isopoda), судя по двойному раздвоенному хвостику.

Морские блохи ведут полусухопутный образ жизни. Обычно они живут только на морских пляжах или в других местах в непосредственной близости от моря и остаются с ним очень тесно связанными.

Бокоплавы – главные чистильщики прибрежной зоны. Море живое, и в нем все время кто-то не только рождается, но и умирает, но никакого неприятного запаха у моря нет. И это все благодаря хорошей работе санитаров – всевозможной прибрежной мелюзги, в том числе и работе морских блох.

Маленький, но загадочный рачок

<<< Назад
Удивительная «чернильная бомба»
Вперед >>>
Криль вызывает морские бури

Скрыть рекламу в статье

Маленький, но загадочный рачок

Толщу морской воды населяет удивительное сообщество миниатюрных существ, объединяющее представителей самых разных систематических групп. Называются эти крошечные существа планктоном. А происходит их название от греческого слова planktos – «парящий, блуждающий». И действительно, мелкие рачки, моллюски, полихеты, медузы, гребневики, личинки рыб и беспозвоночных словно бы парят в океанских водах.

Чтобы двигаться и парить, планктонные организмы используют разветвленные антенны или плоские конечности, похожие на весла. У планктонных личинок для этих целей имеются реснички и жгутики, у личинок рыб – крохотные плавнички. Медузы движутся за счет пульсации колокола, а гребневики, похожие на медуз желеобразным телом, используют для перемещения гребные пластинки.

Интересными приспособлениями для парения обзавелись также некоторые моллюски – морские ангелы и морские черти. Они движутся, взмахивая «крыльями», похожими на разделившуюся на две части «ногу» хорошо знакомой всем улитки. За такой способ передвижения планктонных моллюсков называют крылоногими.

Как и способы передвижения, пищевые предпочтения планктонных животных тоже отличаются широким разнообразием. Среди них можно найти как чистых вегетарианцев, питающихся исключительно микроскопическими водорослями, так и свирепых хищников. Последних обычно легко определить по внешнему виду: например, особое устройство хватательных конечностей веслоногого рачка пареухеты сомнений относительно его пищевых пристрастий не оставляет.


Одно из крошечных существ, составляющих планктон

А вот яркостью окраски представители планктона похвастаться не могут: чаще всего они прозрачны или полупрозрачны. Однако свет, преломляясь и расщепляясь в их телах на множество миниатюрных радуг или отражаясь от движущихся ресничек, щетинок либо гребных пластинок, создает поистине феерическое зрелище. К тому же многие из этих крошечных созданий обладают еще и способностью светиться в темноте.

Долгое время считалось, что планктон пассивно дрейфует по всем океанам. Вероятно, первым, кто изменил отношение к планктону как к скоплению хаотически дрейфующих частиц, стал советский гидробиолог, доктор биологических наук К.В. Беклемишев. Именно он обнаружил в распределении океанического зоопланктона определенную структуру и разгадал закономерности ее формирования.

Ученый выяснил, что многие виды зоопланктона «привязаны» к крупномасштабным океаническим круговым течениям. Океанические виды зоопланктона обитают в пределах круговорота, отдельные его представители предпочитают держаться у берегов, а некоторые виды – освоили нейтральные области между круговоротами течений.

Планктонные формы, как уже говорилось, представлены множеством видов, и большинство из них постоянно находится в поле зрения ученых. Но, пожалуй, самым изученным планктонным животным является веслоногий рачок калянус. Это существо, размером и формой напоминающее рисовое зерно, составляет основу зоопланктона Северной Атлантики, и поэтому его роль в жизни океана огромна.

С одной стороны, калянус – основной потребитель фитопланктона, с другой – излюбленная пища многих животных и рыб: таких как сельдь, мойва, скумбрия. А уж про личинки рыб, в том числе промысловых, и говорить нечего: поголовно все они питаются молодью калянуса. Таким образом, от размеров ареала и количества этого рачка зависят, в частности, выживаемость личинок, численность поколений промысловых рыб, а значит, и успех рыбного промысла.

Именно громадной ролью калянуса в питании рыб во многом и объясняется пристальный интерес исследователей разных стран к этому скромному маленькому рачку.

А что же сам калянус? Пассивно, как пылинки в воздухе, кружится в океанических круговоротах? Совсем нет. В отличие от пылинок, он совершает вертикальные перемещения: ночью поднимается к поверхности океана, а днем опускается на несколько десятков, а то и сотен метров вниз.

Зачем? Ответ вроде бы известен. По крайней мере, во всех учебниках гидробиологии говорится, что поднимается калянус на откорм, а опускается – спасаясь от хищников.

Однако исчерпывающим подобный ответ не назовешь: остается еще много вопросов. Во-первых, хищников на глубине обитает тоже много: как уже говорилось, они встречаются даже среди самого зоопланктона. Во-вторых, как объяснить сезонные и возрастные изменения протяженности миграций? Есть, разумеется, и в-третьих, и в-четвертых…

Океанические течения – система сложная. И если на поверхности предмет плывет в одном направлении, то, погрузившись на определенную глубину, он может начать движение в обратную сторону. Возможно, именно в этом и заключается истинный смысл неутомимых вертикальных перемещений калянуса и тысяч других планктонных животных. Меняя в течение суток глубину своего обитания, они таким образом остаются на одном месте. А сменив амплитуду вертикальных миграций, могут переместиться в другой район, не тратя собственной энергии на преодоление течений и используя их как своего рода общественный транспорт.

Еще в 1937 году британский исследователь Н.А. Макинтош описал крупномасштабное переселение зоопланктона в водах Антарктики. Согласно исследованиям ученого, многие виды, в том числе и рачки рода калянус, летом скапливаются в верхних слоях и дрейфуют на север. С наступлением зимы они мигрируют на глубину 500–750 метров и, оказавшись в теплых водах, движутся на юг, к берегам Антарктиды. Таким способом крохотные животные в течение года дважды преодолевают расстояние в сотни километров.

Но Северная Атлантика – не Южный океан, насыщенный материками, островами, сложнейшими системами течений. Как же в этих сложных топографических условиях перемещается миниатюрное существо? Подчиняются ли его передвижения хоть каким-то закономерностям?

Чтобы выяснить это, гидробиологи Великобритании составили карту распределения скоплений зимующего калянуса в Норвежском море. И выяснилось, что из года в год рачок зимует в одних и тех же районах у с?мого дна, на больших глубинах. Опускаясь на зимовку, он использует сезонный прибрежный даунвеллинг – «сползание» прибрежных вод на глубину по материковому склону. С приходом же весны вдоль берегов формируется обратный процесс – апвеллинг, то есть процесс, когда прогретая и опресненная за счет материкового стока вода, становясь более легкой, относится от берега и поднимается вверх. И калянус очень эффективно, словно лифтом, пользуется этим сезонным течением для перемещения к поверхности.

Оказавшись в верхних слоях воды, рачок приступает к нересту. Для этих целей у него, скорее всего, есть излюбленные районы, и маркером таких «родильных домов» может служить рыба. Мойва, сельдь, скумбрия, треска, пикша и другие виды рыб тоже нерестятся у берегов Норвегии, причем каждый вид – в строго определенном месте. Очевидно, выбор места в значительной мере связан с обилием пищи для личинок. А начинают они все питаться в основном науплиями – личинками калянуса.

Таким образом, постепенно вырисовывается пространственная структура популяции рачка с определенными районами зимовки и нереста. А есть ли места откорма? По наблюдениям ученых Полярного научно-исследовательского института в Мурманске, в Норвежском море скопления калянуса привязаны к районам расхождения (дивергенции) течений. И ничего странного в этом нет, если учесть, что дивергенция – это подъем к поверхности глубинных вод, обогащенных веществами, питательными для фитопланктона, который, в свою очередь, служит пищей калянусу. Вот только по физическим законам пассивные частицы, к коим до сих пор причисляют и калянусов, в таких местах должны разноситься течениями, а не скапливаться. Значит, и здесь рачок выработал механизм, позволяющий ему войти в кормную зону и удержаться в ней.

Итак, вовсе не беспомощным существом, подчиняющимся воле океанических течений, предстает перед нами калянус, а искусным пловцом, эффективно использующим могучую энергию воды для перемещения в районы нереста, откорма, зимовки.

Таким образом, в результате синтеза накопившейся информации вместо кажущегося хаоса в распределении и перемещении планктонных животных начинают проступать контуры стройной системы. Открывая одновременно новый могучий пласт неизведанного и неисследованного.

<<< Назад
Удивительная «чернильная бомба»
Вперед >>>
Криль вызывает морские бури

» Главная > Ракообразные > Палласа

Немногие могут похвастать тем, что видели этих глубоководных вёртких обитателей озёр, поскольку обнаружить их трудно даже специалистам, да и не всякое озеро удостоено чести иметь в своей фауне данного представителя ледниковой эпохи, существующего около 100-120 тысяч лет.
Среди других реликтовых ракообразных бокоплав Палласа (палласея) занимает особое место. До настоящего времени всё ещё нет чёткой теории о путях проникновения этого вида в водоёмы на территории Белоруссии, по которой проходит южная граница его ареала. Одно лишь ясно: их предки — ледниковые морские или пресноводные сибирские предшественники современных реликтов. Некоторые исследователи считают, что они появились здесь в результате пассивного переноса.
Как правило, реликтовые ракообразные обитают в озёрах с глубиной более 10 м. Наибольшей численности, однако, они достигают в водоёмах с глубиной более 40 м. Именно на этих глубинах температура практически не поднимается выше 8-12°, что соответствует температурным условиям существовавших некогда ледниковых водоёмов. В Белоруссии бокоплав Палласа встречается как на больших глубинах в чистых водах Браславских озёр, так и в более эвтрофированных озёрах глубиной 5-8 м (например, в озере Лукомльское), где способен переносить высокую минерализацию воды, неприемлемую для других реликтовых ракообразных. Бокоплав является рекордсменом среди своих древних спутников и по отношению к присутствию в воде растворённого кислорода. Он способен даже переносить его дефицит, характерный для придонных слоев некоторых озёр (Дрисвяты, Дривяты, Северный Волос),- вплоть до таких ничтожных концентраций, как 1 мг/л. Никакому из других реликтовых ракообразных Белоруссии такая выживаемость и экологическая пластичность не присущи.
Внешне бокоплав Палласа особо ничем не выделяется среди неравноногих ракообразных: тело его взрослых особей сжато с боков, конечности дифференцированы по функциям и сложности строения. Передние грудные ноги вооружены небольшими клешнями, остальные служат для передвижения. Благодаря длинным ногам (5-7 пар) бокоплавы способны молниеносно, хотя и на боку, передвигаться по дну. В момент движения тело рачков расправлено и их спина составляет прямую линию. Частое биение особых пластин на брюшке животного образует сильный ток воды, который, подобно реактивной струе, толкает его вперёд. Спасаясь от преследования, рачок зигзагообразными скачками уплывает от врага, скрываясь под камнями, в иле или среди затопленных коряг.
Размножение бокоплава Палласа приурочено к низкотемпературным периодам года, хотя яйценосные особи встречаются и летом. Яйца оплодотворяются и вынашиваются в особой сумке, расположенной на передней части брюшка, где иногда происходит также и линька выклюнувшихся маленьких рачков. Самка способна дать несколько помётов, число яиц в которых не превышает нескольких десятков (другие виды реликтовых ракообразных дают всего одну кладку, после чего самки погибают). Появившаяся молодь не сразу покидает самку и в случае опасности прячется на теле взрослых особей. Питаются рачки разлагающимися частями растений, а также погибшими животными. Этим пользуются для отлова рачков, приманивая их на снулую рыбу.

Все реликтовые ракообразные служат лакомой добычей для рыб. Поэтому их расселяют в подходящие по гидрохимическому составу, но бедные в кормовом отношении водоёмы. Правда, с каждым годом число водоёмов, располагающих условиями для вселения реликтовых рачков, уменьшается. И всё же высокая экологическая приспособляемость бокоплава Палласа позволяет надеяться на возможность значительного расширения спектра водоёмов, способных принять этих рачков. Проведение акклиматизационных работ существенно пополнит кормовую базу рыб, в частности таких ценных, как сиг. Определённые трудности при этом связаны с тем, что палласея не образует массовых скоплений в водоёмах и отлов посадочного материала при проведении акклиматизационных работ затруднителен.
Охрана бокоплава Палласа должна преследовать не только цели его возможного использования как перспективного кормового объекта или вида, представляющего особый интерес для научных исследований. Не менее важная задача — сберечь генофонд интереснейших представителей ледникового периода. Природа сумела сохранить этого рачка в течение долгих тысячелетий, однако сегодня на территории нашей республики назрела необходимость создания для его спасения хотя бы одного или нескольких озёрных заказников в местах его распространения. И пусть эти незаметные и малоизвестные большинству из нас обитатели озёрных глубин — свидетели движения могучих ледников — послужат человеку, позволят ему раскрыть великие тайны природы.

БОКОПЛАВ ПАЛЛАСА

Класс: ВЫСШИЕ РАКООБРАЗНЫЕ (CRUSTACEA)

Отряд: БОКОПЛАВЫ (AMPHIPODA)

Семейство: ГАММАРИДЫ (GAMMARIDAE)

Вид: БОКОПЛАВ ПАЛЛАСА
PALLASSIOLA QUADRISPINOSA (SARS, 1867)
БАКАПЛАЎ ПАЛАСА

Категория охраны: III КАТЕГОРИЯ

Международная значимость:
Вид включен в Красную книгу Литвы (I кат.) и Латвии (II кат.).

Описание:
Длина тела взрослых животных 10 -15 мм, сжато с боков и состоит из 18 сегментов, где различают 3 отдела: головной (цефалон), грудной (торакс) и брюшной (абдомен). На конце брюшного отдела расположена пластинка — тельсон. В отличие от понтопореи тельсон этого вида не расщеплен до основания, а имеет неглубокую выемку. На спинной стороне передних абдоминальных сегментов находятся 2 острых, направленных назад шипа.

Распространиение:
Север Европы. По территории Беларуси проходит южная граница ареала вида. Впервые указан для оз. Южный Волосо . В дальнейшем был отмечен в следующих озерах Витебской обл.: Южный и Северный Волосо, Дривяты, Дрисвяты, Ричи, Снуды (Браславский р -н), Лукомльское (Чашникский р -н), Долгое (Глубокский р -н) .

Местообитания:
В отличие от других видов реликтовых ракообразных, живет в озерах различного трофического типа — от олиготрофных до эвтрофных. Населяет не только глубоководные участки, но и мелководье.

Биология:
Ледниковый пресноводный реликт четвертичного периода. Обитает на дне озер. В водоемах Беларуси моноцикличен. Размножение проходит на протяжении всего года. Средняя плодовитость — 45 яиц .

Численность и тенденция ее изменения:
В озерах республики встречается единично. О величинах плотности популяций сведений нет.

Основные факторы угрозы:
Антропогенное эвтрофирование озер, загрязнение водоемов.

Меры охраны:
В Красной книге Республики Беларусь с 1981 г. Часть озер, где найден этот вид, входит в состав Национального парка «Браславские озера».

Составители:
Вежновец В.В.